“Я была стройной и красивой, совершенно не задумывалась о еде и диетах. Правда, щечки были как у хомяка – от гормональных таблеток, которые я принимала по состоянию здоровья. Это раздражало. А еще раздражал живот. Тип фигуры у меня мамин: нет выраженной талии и очень узкие бедра. А потом родители меня отправили на учебу в Англию…”
Аня Николаенко, 21 год
Там началось все невинно: я перестала есть на ночь. И сразу заметила, что наутро животик плоский – совсем такой, как мне нравится. Некоторое время спустя исчез обед. Потом и завтрак. Зато ела много шоколада и постоянно пила кофе с мороженым. Тело стало меняться. Моментально. Мне было ужасно интересно наблюдать, как изменяется отражение в зеркале в зависимости от того, что я ем (или не ем вообще). Я наслаждалась метаморфозами. Выкидывала завтраки, отдавала обед подругам, ужин прятала. При этом у меня не было цели похудеть, я не думала о весе, не экспериментировала с диетами – просто не ела. В Интернете прочитала про анорексию и поняла, что у меня тот самый случай. Но тогда я считала, что анорексия – такая гламурная болезнь, что иметь ее – просто шикарно. По вечерам в барах плакалась подругам – мол, ничего не могу с собой поделать. А сама была счастлива оттого, что худела, превращаясь в настоящую красавицу. Мальчики стали уделять мне намного больше внимания, постоянно осыпали комплиментами и угощали кофе на переменках в школе. За четыре месяца, проведенных в Англии, я похудела с 54 до 49 кг – при росте 172.
Вернувшись летом в Москву, я не остановилась. Меня увлекла эта игра. Анорексия была для меня попыткой изменить себя. Мне нравилось быть особенной – все едят, а я нет. На людях я притворялась больной и страдающей, но на самом деле наслаждалась этим чувством непохожести на других. Мне нравилось, что я стала меньше и легче. Из размера М стала носить S, а потом и XS, но была при этом очень энергичной и бодрой, счастливой и беззаботной… Не знаю, когда именно я утратила контроль. Стала много врать по поводу еды. У нас не заведены семейные обеды и ужины, за мной никто не следил, родители полностью полагались на мою самостоятельность и сознательность. Я могла не есть неделями и стала строгой вегетарианкой. Нашла в Интернете сообщество ED (eating disorder) для страдающих пищевыми расстройствами и превратилась в активную участницу-аноректичку. Мои записи были позитивными и радостными, полными оптимизма и желания быть прекрасной. Чем худее я становилась, тем больше положительных откликов получала. Я стала для многих идеалом, аноректиком для подражания.
Когда я смотрела в зеркало, то видела только свой живот, который, казалось, торчал, был не плоским, выпирающим. Я не обращала внимания на то, что у меня пропала попа, ноги стали как спички, а руки походили на веточки. Мой брат даже сказал маме: “Ее руки, с такими длиннющими ногтями, как лапки у птицы”. Жалкое зрелище. Я только сейчас это осознаю, но тогда меня волновали только живот и щеки. За лето я скинула еще пару килограммов… и тогда у меня пропали месячные. Маме я ничего не сказала. Хотелось уехать за границу. Как раз в это время папа начал бизнес в Канаде, я поступила в колледж Оттавы. А кто бы меня туда отпустил больную? Уехала осенью с весом 47 кг.
ИЗ ДНЕВНИКА АНИ
Я бы, конечно, хотела быть аноректиком. Настоящим. Ничего не есть неделями, но мне жаль родителей – недавно они угрохали много денег на лекарства по моему основному заболеванию, а я тут так себя самоуничтожаю, ни черта не жру. Только пью витамины (в них есть суточная доза всех необходимых веществ).
Иногда меня пугает анорексия, и я ем что-то, но иногда мне в кайф, когда качает от голода (хотя боюсь упасть) или кажется, что сдувает ветром (что реально и даже страшновато – вчера так было). Единственное, что меня стало настораживать, то, что месячные были последний раз 1 июня. Не знаю, почему так – ведь вес в 47-49 кг у меня уже 5 месяцев. Какая-то паранойя – вроде и о здоровье забочусь, а в то же время голодаю который месяц, периодически срываясь, конечно. Меня бесит, когда говорят что-то про индекс массы тела и какую-то такую дрянь. Говорят, что не хватает 18 кг. Это ж, простите, в какое место мне надо запихать эти 18 кг, чтобы при этом выглядеть не жирной, а?
Первое время я была счастлива. Узнавала город, знакомилась с новыми людьми. А главное – была худая. Я была божественна! Я покупала красивую одежду на те деньги, что родители присылали на еду. Я врала друзьям, врала маме и папе, когда писала письма. Точнее, просто ничего никому не говорила. Для меня это стало отдельным миром, закрытым для посторонних. Своими впечатлениями я делилась с девчонками из сообщества ED. И продолжала голодание. Но уже не потому, что хотелось худеть дальше. Моей целью стало состояние чистоты, пустоты. Мне противно было складывать в желудок еду, ощущать сытость. Еда казалась чем-то чужим, ненужным, страшным, вредным. Анорексия стала моим стилем жизни. Чем меньше ешь, тем лучше. Мое настроение полностью зависело от количества пищи, поглощенной за день: если цифра стремилась к нулю, мое настроение было волшебным, и наоборот. Срывы случались, но очень редко. В такие моменты я ела очень много овощей и фруктов, иногда шоколад. Больше всего почему-то хотелось орехов. Чувство голода я убивала водой и соками, чаем и кофе, иногда жевательной резинкой. Сколько я весила, я не знала. Мне было плевать. Я ничего не боялась. Здоровье меня не заботило вообще. Выпали волосы? Ну и ладно! Я сделала из этого фишку – начесы, прически. Никто и не заметил. Месячные пропали? Так даже удобнее…
Выпадающие волосы Аня скрывала за высокими начесами и всевозможными укладками. И очень много фотографировалась: она казалась себе очень красивой!
Я училась и забывала обо всем на свете. И так было до тех пор, пока друзья, близкие и окружающие меня люди не стали бить тревогу. Но если кто-то пытался мне что-то советовать, я просто игнорировала. У меня был молодой человек. Сначала он молчал, но мы стали реже видеться. Я поняла, что что-то не так. А потом он сказал: “Раньше ты была красивой, ты мне нравилась. Сейчас ты красивая, но это слишком”. Он просил меня поправиться, обещал, что все у нас будет прекрасно, если я наберу несколько килограммов. Но я не набирала. Я только худела. Он ушел со словами: “Ты мне нравишься, но я боюсь тебя сломать”. Мне было плевать. Я любила себя такой худой и считала, что все раздувают из мухи слона.
Но однажды подруга заставила меня встать на весы. Я была уверена, что мой вес 47 – ну, может, 45 кг. Но весы показали 34. Сначала был шок. Потом привыкла. Стала делать вид, что лечусь, что ем, что стараюсь. Но еду я по-прежнему выкидывала, врала об обедах и перекусах, для виду посещала психолога в колледже. У меня началась депрессия, я стала рассеянной, не могла сосредоточиться, плакала. Не могла купить одежду, рыдала в магазинах, потому что самые маленькие размеры для меня стали огромными. Появилась раздражительность, выпадали волосы. Я постоянно думала о еде, обманывала организм жевательной резинкой и водой. На улице было холодно, но мне было в тысячу раз холоднее, чем остальным. Я мерзла всегда, мерзла под тремя кофтами, под пятью одеялами, мерзла на улице, дома, в колледже. Моим спасением стал интернет-дневник. Я писала, писала, писала. Часами, ночами, сутками. Изливала душу. Я писала, когда хотелось есть, и это отвлекало меня. Я писала, когда поела и было трудно психологически от этого. Я писала все-все-все. Когда я закончила первый курс и стало совсем невыносимо, уехала домой, в Москву. Я думала, что готова лечиться. Но я ошиблась.
Родители были в шоке, увидев меня. Точнее, то, что от меня осталось. Брат отворачивался, когда разговаривал со мной, папа не находил слов, мама просто онемела. Я была не человеком, а пособием по анатомии. Кости, прикрытые кожей. Как я ходила, дышала, жила?.. Начались походы к врачам, бесконечные больницы и диагнозы. Были попытки есть, но желудок не принимал пищу. Мама сидела со мной, отсчитывала нужные порции еды, заставляла принимать таблетки. Я плакала, психовала, впадала в истерики. Общими усилиями меня вытянули до 40 кг. Желудок постепенно восстановился, я могла есть хоть что-то. Но когда я увидела на весах цифру 41, а в зеркале – мнимый жир на животе, у меня началась паника. И снова – обманы, уловки, игра в хорошее настроение и послушную девочку. Я делала вид, что ем, врала и притворялась. Но так было спокойнее родителям, а я очень их люблю.
"Общими усилиями меня вытянули до 40 кг. Желудок постепенно восстанавливался, я могла есть хоть что-то".
Снова началось лето, я закончила институт, защитила диплом и выпросила на день рождения путевку на Мальту. Уехала, клятвенно обещая набрать вес. Тогда во мне было 45 кг.
В первую же неделю я познакомилась с парнем из Венгрии, и мы стали встречаться. Все было чудно, пока у меня снова не началась депрессия. На меня оглядывались люди, друзья удивленно спрашивали, ем ли я вообще. Думая, что я не намного худее своей подруги, я примерила ее шорты – они упали, как парашют. До меня дошло, насколько неверно мое представление о собственном теле. При лечении анорексии психотерапевты используют такое упражнение: больной рисует на стене очертания своего тела в полный рост, каким он его представляет, а потом его просят прислониться к этой же стене и обрисовывают его реальные очертания. И всегда очертания, нарисованные аноректиком, оказываются намного больше реальных. Мой парень долго молчал, но однажды не выдержал. Он сказал, что хотел бы быть со мной, но считает, что у нас нет будущего, пока существует эта проблема. И это стало последней каплей. Я обещала ему, что вылечусь.
Я вернулась в Москву, он – в Венгрию. Сейчас он готовит мне визу, ждет меня под Будапештом. А я делаю все, чтобы сдержать свое слово. Я обошла множество клиник и врачей. Побывала у гастроэнтеролога, диетолога, психотерапевтов, эндокринологов и невропатологов. Сейчас я принимаю антидепрессант, пью ферменты, чтобы помочь желудку переваривать пищу. Хорошо ем, пью спортивное питание – на нем быстрее набираешь вес, делаю упражнения и беседую с психотерапевтом. Я знаю, что у меня получится – потому что я осознала глубину проблемы и на самом деле готова лечиться. Я хочу иметь семью, хочу жить, хочу любить и быть любимой. Я устала бегать по кругу, порочному кругу. Я докажу, что его можно разорвать.
Приехав в Москву, я отправила свой дневник в несколько издательств с предложением сделать из моих записей книгу. Ведь в России было напечатано всего две книги об анорексии. И я подумала: было бы здорово написать от лица аноректика, а не научно-популярный труд от докторов и психологов. Потому что никто не поймет проблему лучше, чем тот, кто ее пережил. В конце концов мне пришел ответ от одного из издательств с предложением выпустить книгу в соавторстве с психологом. Я сразу согласилась. Елена Романова дала к моим записям великолепные комментарии, которые и мне невероятно помогли. Когда “Смертельная диета. Stop анорексия” вышла, я сразу получила множество откликов. Надеюсь, эта книга поможет многим аноректикам, их родным и друзьям. И заставит общество относиться к этой проблеме серьезно.
Люди часто думают, что анорексия – это модное развлечение, прихоть, выдуманная болезнь богатеньких девочек, которым просто нечем заняться и которые не знают настоящих проблем. Но это не так. Это глупость – приравнивать анорексию к чему-то модному. Это заболевание. Просто многие не понимают этого. Они видят только девочек, озабоченных своим телом, диетой, едой, весами и калориями. Они понятия не имеют, как это тяжело и во что это выливается. Анорексия – это не болезнь тела, а серьезное психологическое расстройство, заболевание души, отражение личных проблем, крик о помощи. Часто такая “диета” приводит к смерти или самоубийству. И пока сам больной не захочет лечиться, все бесполезно. Очень многие из нас хотят от нее избавиться, но просто не могут. Когда начинаешь выползать из этого, хочется осудить, открыть глаза, обозвать дурами, но потом… сама возвращаешься к этому, сама понимаешь, как это трудно. Дело в причинах, ситуации, социуме. Дело в семье, друзьях и нашем характере. Очень многие – перфекционистки, стремятся к совершенству. Очень многие – умные, интеллектуальные особы. У кого-то проблемы в семье. И это своеобразный способ заставить родителей обратить на себя внимание, стать опять маленькой, требовать заботы. Западные психотерапевты пишут, что это зависимость – как наркомания или алкоголизм. За рубежом эта проблема вообще изучена намного лучше, чем в России. У нас всего две клиники и пара психотерапевтов занимаются анорексией и булимией.
Многие считают, что анорексия неизлечима. Но это не так. Надо просто захотеть остановиться. Заменить эту зависимость на другую, более полезную. Любить себя, найти себя, найти свое дело, интерес в жизни, научиться радоваться каждой минуте, научиться радоваться этому миру, быть счастливыми.
Пожалуйста, не считайте анорексию модным стилем жизни. Анорексия – это не мода. Это БОЛЕЗНЬ. Не надо становиться на этот путь. Потом очень трудно с него свернуть. Очень. Не стоит калечить себе жизнь. Это страшно. Если вы поймете, что вам нужна помощь, обратитесь за ней. Напишите мне, в конце концов. Вы не одни. Это можно победить, с этим можно справиться. Главное – захотеть жить”.
